Почему Большая Депрессия ещё впереди

Если политики не понимают истинной причины проблемы, то они, по всей вероятности, будут не в состоянии обеспечить подлинное решение.

Г-да Барак Обама, Бенджамин Бернанке и Тимоти Гейтнер не понимают реальной причины этого кризиса задолженности. Они прежде всего политики, а уж потом экономисты или студенты рынка — если вообще наступает это потом. Поэтому не стоит рассчитывать на то, что они расскажут нам, когда закончится Великая Рецессия, или предоставят план по предотвращению подобной в будущем.

Причина Великой Депрессии 1930-х годов и Великой рецессии начала 2007 года была одна и та же — экономика, перегруженная долгами. Чрезмерные уровни задолженности являются прямым следствием предоставления центральным банком искусственно заниженных процентных ставок и избыточного кредитования со стороны коммерческих банков.

Легкие деньги, предоставляемые банками, в конечном итоге приводят к тому, что задолженность в экономике доходит до неустойчивого уровня. Тогда единственным реальным и жизнеспособным решением будет государственному и частному секторам пройти длительный период сокращения доли заёмных средств. Последовавшая за этим депрессия — это в действительности работа оздоравливающего процесса, состоящего в продаже активов и выплат задолженности.

К сожалению, наши политики в настоящее время нацелены на борьбу с этим естественным процессом исцеления, поощряя накапливать больше долгов.

Во время этого последнего экономического спада Федеральная резервная система опустила процентные ставки почти до 0%, а администрация Обамы подняла задолженность общественного сектора до рекордного уровня с целью повторно повысить долю задолженности в частном секторе. Философия правительства равносильна засовыванию отмороженного человека в морозильник, чтобы ему не пришлось страдать от боли, связанной с оттаиванием конечностей.

Во время Великой Депрессии реальный валовой внутренний продукт упал на 32%. Великая Рецессия, с которой мы всё ещё боремся, началась в декабре 2007 года, по данным Национального бюро экономических исследований. В отличие от 1930-х годов, ВВП во время этой рецессии сократился всего на 3,6% с четвертого квартала 2007 года до своей низшей точки во втором квартале 2009 года. В период с четвертого квартала 2007 года до первого квартала этого года (последний период, за который имеются данные), ВВП сократился всего на 1,1%.

Сокращение ВВП во время Великой Депрессии было прямым результатом того, что потребители выплачивали долги и распродавали активы. Долг домохозяйств в процентном отношении к ВВП достиг в 1929 году почти 100%. Для сравнения, задолженность домохозяйств не поднималась выше 50% ВВП до 1985 года. Эта задолженность вновь подошла к уровню Великой депрессии в 100% от ВВП только в первом квартале 2009 года.

Между началом Великой депрессии и окончанием Второй мировой войны задолженность домохозяйств сократилась со 100% до чуть выше 20% от ВВП. Это был болезненный процесс, но такой делеверидж является единственным реальным лечением для экономики, тонущей в долгах. Благодаря усилиям правительства продолжать наш питаемый долгами потребительский бум, в ходе нынешней Великой Рецессии задолженность домохозяйств вообще едва сократилась; она упала до 92,5% от ВВП в первом квартале этого года.

И что ещё хуже, во время нынешнего кризиса наше правительство ответило резким увеличением своих заимствований. В начале Великой Депрессии общий государственный долг составлял 16% от ВВП. Он достиг пика чуть ниже 44%, когда Депрессия закончилась. Хотя государственный долг действительно значительно вырос за этот период, он по-прежнему был относительно небольшим, если смотреть с исторической точки зрения.

США вступили в текущую Великую Рецессию с общим государственным долгом, равным 65% от ВВП. С тех пор он подскочил до 90% от ВВП! Сравнение относительно безобидных уровней 1930-х годов с нагромождением сегодняшнего правительственного долга наглядно иллюстрирует тяжелое состояние экономики.

Государственный долг действительно значительно увеличился во время Второй мировой войны, достигнув в 1946 году 120% от ВВП. Но потребительская задолженность в это время упала. Так что хотя нация увеличивала долг, чтобы драться и победить в мировой войне, домохозяйства принимали необходимые меры для обеспечения того, чтобы их балансы были хорошо подготовлены к последствиям битвы.

Сегодня впервые в нашей истории общий государственный долг и задолженность домохозяйств оба находятся на уровне 90% ВВП или выше.

Многие наблюдатели — к сожалению, в том числе и большинство из тех, кто у власти — пришли к выводу, что правительство должно тратить больше, в то время как потребители обуздывают свои долги. Их стратегия основана на убеждении, что как только экономика оживится, они смогут их выплатить.

Есть две проблемы с этой кейнсианской теорией*. Одна заключается в том, что правительственные расходы не увеличивают ВВП; они только душат рост частного сектора. Другая — в том, что политики никогда не рассматривают настоящее время как подходящее для того, чтобы правительство погасило свои долги.

* Согласно кейнсианской теории, основоположником которой был Джон Мейнард Kейнс, общество никогда не сможет достичь уровня полной занятости из-за склонности населения к сбережению. Это приводит к превышению предложения над спросом. Кейнс считал, что должно вмешаться государство и искусственно завышать спрос, увеличивая денежную массу и снижая процентные ставки. Также недостаток спроса должен компенсироваться общественными работами и бюджетным финансированием. — прим. perevodika.ru

В результате страна остаётся с частным сектором, сокращающим массовый перевес задолженности. Когда домохозяйства обуздывают расходы, ВВП замедляется, и отношение долга к выпуску продукции возрастает ещё больше.

Поскольку мы до сих пор не искоренили реальные причины этой рецессии, мы неотвратимо приближаемся к повторению Большой Депрессии. Если политики не понимают, что родоначальником депрессии есть долг, они также будут не в состоянии предложить подлинное решение.